Декалог в иудео-эллинистической философии, раннехристианской и патристической традициях

share the uri
  • Декалог в иудео-эллинистической философии, раннехристианской и патристической традициях

    В иудео-эллинистической традиции истолкование всего Декалога в полном объеме встречается только у Филона Александрийского («De Decalogo»), Иосифа Флавия («Иудейские древности») и в сочинении псевдо-Филона «Liber Antiquitatum Biblicarum». Акцент делается на предписаниях второй скрижали, с некоторым смягчением отдельных специфическо-иудейских черт (например, почитание субботы). Декалог понимается как основа любого (а не только иудейского) законодательства и своеобразная сумма всего права (iuris summarium), а потому Филон сводит все регулирующие предписания Пятикнижия к отдельным заповедям Декалога [Philonis Alexandrini opera, 1906; de Vos, 2016, S. 87‒91].

    В раннехристианских сочинениях Декалог редко цитируется целиком или дословно, поскольку он был сформулирован в Ветхом Завете в доктринальном контексте закона Моисея, с которым раннехристианская традиция активно полемизировала. В апологетической литературе отдельные заповеди «христианизируются» и преподносятся как заповеди Иисуса Христа; встречаются расширительные формулировки Декалога, дополненные нормами сексуального поведения [de Vos, 2016. S. 258‒263]. Толкование отдельных заповедей второй скрижали применительно к жизни конкретных христианских общин встречается в «Дидахе» (2: 2‒7) и «Послании Варнавы» (формулировки, вероятно, на основе христианской устной традиции, расширенные фрагментом Левит 18:19 [de Vos, 2016, S. 357]); аллюзии к Декалогу прочитываются в двенадцати нравственных заповедях «Пастыря» Ермы.

    «De Decalogo» Филона не нашло продолжателей среди христианских авторов, хотя было хорошо известно Оригену, Иерониму, Амвросию Медиоланскому, и многие идеи Филона оказали значительное влияние на патристику [Kany, 2016, S. 158]. Полное толкование Декалога встречается лишь в единичных сочинениях (Августин, «Sermones» 8 [Augustinus, 1865, col. 67‒74]).

    В патристической традиции к Декалогу обращаются преимущественно в контексте рассуждений о том, как Декалог соотносится с естественным законом (ius naturale). Христианские экзегеты апеллировали к идеям апостола Павла (Рим. 2: 14‒15: естественный закон начертан в сердце каждого человека, а потому был известен и варварам) и к иудео-эллинистической философии, которая под влиянием стоицизма считала, что Декалог, как данный в форме Откровения нравственный закон, идентичен нормам естественного закона, заложенного в каждом человеке (Иустин Философ, «Разговор с Трифоном Иудеанином», гл. 93 [Иустин Философ, 1892, с. 286‒287]; Птолемей Гностик в «Послании к Флоре» в контексте рассуждений о взаимоотношении законов Ветхого и Нового Заветов [Епифаний Кипрский, 1863, с. 364‒374]).

    Большинство представителей патристики исходили из тождества Декалога с естественным законом (Климент Александрийский, «Строматы», I, 182, 1: «естественный закон и закон заповедей и установлений, данный через Откровение, тождественны, являя собой один и тот же закон» [Климент Александрийский, 2003, с. 168]; Тертуллиан «De corona militis», VI [Tertulianus, 1844, col. 83] и «Против иудеев», II, 1‒9 [Тертуллиан, 2004, с. 101‒144]; Ориген «Против Цельса», I, 4 [Ориген, 2008, с. 412‒413]; Иоанн Златоуст, «Беседы о статуях», 12, 5 [Иоанн Златоуст, 1993, с. 148]; Амвросий Медиоланский, «De fuga saeculi», 3, 15 [Ambrosius Mediolanensis, 1845, сol. 577] и «De paradiso», 8, 39 [Ambrosius Mediolanensis, 1845, сol. 292‒293], др.). Такое понимание Декалога как синонима естественного закона объясняет редкое использование самого слова «декалог» в большинстве патристических сочинений: содержание фрагмента Исх. 20: 1‒17 зачастую именуется естественным законом; используются также такие понятия, как «десять заповедей» (decem praecepta), «правила жизни» (praecepta vivendi), «две каменные скрижали» (duas tabulas lapideas) [Geerlings, 2011, p. 106], др.

    Отдельные представители патристики ставили вопрос о том, отражает ли Декалог естественный закон целиком или только его часть. Христианские авторы рассматривали данный вопрос в эсхатологической перспективе и, апеллируя к Нагорной проповеди и притче о богатом юноше (Мф. 19: 16‒29; Мк. 10: 17‒30; Лк. 18: 18‒27), считали, что Декалог представляет собой лишь промежуточный этап в истории спасения и был дополнен Христом Евангелием как новым законом (понятие «закон Евангелия» впервые у Киприана Карфагенского, «Epistulae», LXIII, 17 [Corpus Scriptorum Ecclesiasticorum Latinorum, 1871, p. 715]; Иоанн Златоуст, «Толкование на Евангелие от Матфея», XVI, 3 [Иоанн Златоуст, 2010, с. 115‒116]). Этот новый закон, который выражен в двойной заповеди любви, служит не столько земным, сколько духовным целям – спасению, которое недостижимо простым следованием заповедям Декалога. А потому Декалог только в сочетании с заповедью любви выражает естественный закон в полной мере [Mielke, 1992, S. 65].

    Другая линия рассуждения была связана с прояснением необходимости повторной фиксации вложенного в природу человека естественного закона в письменной форме, т.е. в форме заповедей Декалога. Поскольку грехопадение затуманило разум и познавательные способности человека, Декалог выполнял функцию напоминания основополагающих принципов и норм, изначально заложенных в человеческой природе. И в таком качестве он рассматривался как «вторичный» естественный закон по отношению к «первичному» (ius naturale primaevum) до грехопадения [Mielke, 1992, S. 60; Schramm, 1982, S. 29].

    К Декалогу обращались также не только как к совокупности универсальных принципов, но и как к конкретным нормам, регламентирующим поведение, и через анализ содержания отдельных заповедей конкретизировалось содержание естественного закона (Лактанций, «Божественные установления», IV, 17, 1 [Лактанций, 2007, с. 271]; Иоанн Златоуст, «О статуях», 12, 3 [Иоанн Златоуст, 1993, с. 144‒145], др.).

  • Источники:

  • Ambrosius Mediolanensis. De fuga saeculi // Patrologiae Cursus Completus. Series Latina / Ed. J.-P. Migne. T. 14. Parisiis, 1845. Col. 569‒596.
  • Ambrosius Mediolanensis. De paradiso // Patrologiae Cursus Completus. Series Latina / Ed. J.-P. Migne. T. 14. Parisiis, 1845. Col. 275‒314.
  • Augustinus Hipponensis. Sermo 8 «De decem plagis et decem praeceptis» // Patrologiae Cursus Completus. Series Latina / Ed. J.-P. Migne. T. 38. Parisiis, 1865. Col. 67‒74.
  • Biblia Sacra. Iuxta Vulgatam Versionem. Stuttgart, 1994.
  • Corpus Scriptorum Ecclesiasticorum Latinorum. Vol. III. Pars I. Vindobonae, 1871.
  • Tertulianus. De corona militis // Patrologiae Cursus Completus. Series Latina / Ed. J.-P. Migne. T. 2. Parisiis, 1844. Col. 73‒102.
  • Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. В русском переводе с приложениями. Брюссель, 1973.
  • Епифаний Кипрский. На восемьдесят ересей так называемый Панарий или Ковчег // Епифаний Кипрский. Творения. Ч. 1. М., 1863. С. 1‒384.
  • Иоанн Златоуст. Беседы о статуях, говоренные к Антиохийскому народу // Полное собрание творений Иоанна Златоуста: в 12 т. Т. 2. Кн. 1. М., 1993. С. 1‒250.
  • Иоанн Златоуст. Толкование на Евангелие от Матфея: в 2 кн. Кн. 1. М., 2010.
  • Иосиф Флавий. Иудейские древности. Т. 1. Минск, 1994.
  • Иустин Философ. Сочинения. Отд. I. М., 1892.
  • Климент Александрийский. Строматы. Кн. 1‒3. СПб., 2003. 544 с.
  • Лактанций. Божественные установления. Кн. I–VII. СПб., 2007.
  • Ориген. О началах. Против Цельса. СПб., 2008.
  • Пастырь Ерма // Писания Мужей апостольских. М., 2008. С. 222‒312.
  • Послание Варнавы // Писания Мужей апостольских. М., 2008. С. 71‒118.
  • Тертуллиан. Против иудеев // Тертуллиан. Апология. М., 2004. С. 101‒144.
  • Учение 12 апостолов (Дидахе) // Писания мужей апостольских. М., 2008. С. 41‒66.
  • Литература:

  • Amir Y. Die Zehn Gebote bei Philon von Alexandrien // Amir Y. Die hellenistische Gestalt des Judentums bei Philo von Alexandrien. Neukirchen-Vluyn, 1983. S. 131‒163.
  • Daranowska-Łukaszewska J., Łach St., Rosik S., Samek J. Dekalog // Encyklopedia Katolicka / Eds. R. Łukaszyk, L. Bieńkowski, F. Gryclewicz. T. 3. Lublin, 1989. Kol. 1106‒1112.
  • Geerlings W. The Decalogue in Augustine’s Theology // The Decalogue in Jewish and Christian Tradition / Eds. H.G. Reventlow, Y. Hoffman. New York; London, 2011. P. 106‒117.
  • Grant R.M. The Decalogue in Early Christianity // The Harvard Theological Review. 1947. Vol. 40. Issue 1. P. 1‒17.
  • Harakas S.S. Eastern Orthodox Perspectives on Natural Law // American Society of Christian Ethics, Selected Papers, Eighteenth Annual Meeting. 1977. P. 41‒49.
  • Kany R. Der Dekalog im Denken Philos von Alexandrien // Gliederungssysteme angewandter Ethik. Ein Handbuch / Hrsg. von W. Korff, M. Vogt. Freiburg; Basel; Wien, 2016. S. 148‒159.
  • Kany R. Die Rezeption des Dekalogs von der Patristik bis zum 12. Jahrhundert // Gliederungssysteme angewandter Ethik. Ein Handbuch / Hrsg. von W. Korff, M. Vogt. Freiburg; Basel; Wien, 2016. S. 173‒197.
  • Mielke J. Der Dekalog in den Rechtstexten des abendländischen Mittelalters. Aalen, 1992.
  • Schramm T. Einführung in die Rechtsphilosophie. 2. Aufl. Köln; Berlin; Bonn; München, 1982.
  • de Vos C.J. Rezeption und Wirkung des Dekalogs in jüdischen und christlichen Schriften bis 200 n.Chr. Leiden; Boston, 2016.
  • Тимофеев А., Юревич Д. Десять заповедей // Православная Энциклопедия. Т. 14. М., 2006. С. 459‒473.