Политический реализм и новая парадигма теории справедливой войны

share the uri
  • Политический реализм и новая парадигма теории справедливой войны

    В середине XX в. одной из наиболее влиятельных теорий политики и войны становится концепция политического реализма. В своих философских истоках она восходит к сочинениям Фукидида, Н. Макиавелли и Т. Гоббса. В контексте их представлений о человеке, морали и политике Э. Карр (1892‒1982), Х. Моргентау (1904‒1980) и Р. Нибур (1892‒1971) развивают доктрину классического реализма, которая во второй половине XX в. была обновлена К. Уолтсем (1924‒2013).

    Сфера международных отношений понимается реалистами как пространство борьбы между государствами, имеющими монопольное право на применение насилия, за свои национальные интересы. Государства обеспокоены, с одной стороны, жаждой власти, с другой стороны, – стремлением обезопасить себя. Сочетание этих амбиций и желаний заставляет искать равновесия или баланса сил, когда ни одно государство не является достаточно сильным, чтобы быть способным подчинить себе все остальные. Это стремление продиктовано эгоистическим благоразумием и не связано с необходимостью исполнения какого-либо морального закона или норм международного права. Этика если и не исключается политическими реалистами из области мировой политики, то получает инструментальное преломление.

    В полемике с реализмом в 1960‒70-е гг. возрождается теория справедливой войны. В 1977 выходит книга М. Уолцера (род. 1935) «Справедливые и несправедливые войны: нравственный аргумент с историческими иллюстрациями» [Walzer, 2015], затем благодаря работам Д. Макмахана, Б. Оренда, Н. Фоушина, Д. Родина, М. Игнатьеффа, М. Кука, Х. Сисе, Х. Фроу теория справедливой войны стала одной из самых разработанных философских концепций войны. Обновление этой теории было связано с серьезной переоценкой ее исходных положений. Если в прошлом базовым элементом теории справедливой войны была доктрина войны как наказания или борьбы за безопасность суверенного государства, то сейчас ее фокус перемещается на доктрину борьбы за права человека.

    Война признается формой защиты прав допустимыми силовыми средствами. Основным принципом международных отношений считается принцип невмешательства, однако «война иногда необходима» [Walzer, 2015, p. 3], если она может быть оправдана с точки зрения этики. Моральный компонент дискуссии о войне представляется определяющим, ибо принимая во внимание все опасности и пороки войны, начало войны и ее ход всегда подлежит рассмотрению с точки зрения этики. При этом моральное обоснование дается не войне как таковой (она остается злом), но необходимости участия в ней и способу ее ведения. Дать подобную моральную оценку войне можно при помощи принципов jus ad bellum («право на войну»), jus in bello («право во время войны») и jus post bellum («право после войны»). Если политическое сообщество, ведущее войну, выполняет требования этих принципов, то война признается справедливой.

    Нормы jus ad bellum действуют на этапе принятия решения о войне. Их цель – ограничить ситуации, когда обращение к военному насилию может считаться обоснованным. К ним обычно относятся:

    • правое дело – должна существовать действительно веская причина, чтобы участие в войне было признано морально необходимым. Как правило, такими причинами являются самооборона при агрессии и помощь жертве агрессии, т.е. союзническая помощь; борьба за национальное освобождение; необходимость защитить граждан другого государства от порабощения или уничтожения, т.е. гуманитарная интервенция;

    • легитимная власть – решение о войне должно приниматься только лицом или лицами, наделенными подобными полномочиями;

    • вероятность успеха – необходимо оценить шансы на победу в войне и при сомнениях в будущем успехе отказаться от участия в ней;

    • пропорциональность – война должна быть соразмерным ответом на совершенное беззаконие. Только серьезные нарушения прав политических сообществ или людей могут санкционировать войну. Кроме того, польза будущей кампании должна значительно превосходить все будущие потери;

    • добрые намерения – справедливая война не может служить тайным агрессивным или эксплуататорским целям государства, которое ее ведет.

    • крайнее средство – перед тем, как обратиться к военному насилию, необходимо испробовать все прочие способы урегулирования конфликтов: переговоры, экономические и политические санкции, выдвижение ультиматумов.

    Принципы jus in bello регулируют способ ведения войны. Они должны снизить жестокость конфликта и минимизировать потери. Традиционно выделяется два таких принципа:

    • пропорциональность – при осуществлении конкретной военной операции или акции необходимо соблюсти баланс пользы и вреда, недопустимо использовать излишнее насилие для достижения целей, которые требуют меньшей меры насилия;

    • различение (дискриминации) – участники войны должны проводить различение между легитимными и нелегитимными целями, между комбатантами и гражданским населением; нападение на гражданское население всегда запрещено и преступно, в некоторых случаях недопустимо атаковать и комбатантов.

    Активно обсуждаются также нормы, которыми следует руководствоваться при заключении мирного соглашения. Они получили названия принципов jus post bellum, а смысл их заключается в определении условий послевоенного восстановления мирных отношений с несправедливым противником. Пока не существует единого списка этих принципов, как в случае с принципами jus ad bellum и in bello. Но опираясь на работы Б. Оренда, можно выделить ряд значимых положений:

    • пропорциональность – требования, выдвигаемые в отношении проигравшего врага, должны соответствовать мере ущерба, который причинили его агрессивные действия;

    • восстановление прав – не может оспариваться право противника на суверенитет и территориальную целостность;

    • наказание для политического руководства и военных – необходимо наказать обозначенные группы пропорционально тому ущербу, который принесли их решения или действия;

    • компенсации – агрессор обязан возместить убытки потерпевшей справедливой стороне;

    • реконструкция – необходимо провести реформу политического и военного аппарата противника с тем, чтобы не допустить повторения агрессивных действий с его стороны.

    Теория справедливой войны не существует в виде некой единой школы, ее сторонников объединяет убеждение, что участие в войне при определенных условиях может быть морально оправданным, однако в конкретных деталях определения степени этой оправданности они могут сильно расходиться. В целом же эта теория во многом определяет способы обсуждения войны, принятые как в мире политики, так и на обыденном уровне.

     

  • Литература:

  • Walzer M. Just and Unjust Wars: A Moral Argument with Historical Illustrations. N.Y., 2015.