Христианская доктрина справедливой войны

share the uri
  • Христианская доктрина справедливой войны

    Раннехристианские авторы по преимуществу отстаивали пацифистские позиции. В сочинениях ряда Отцов Церкви (Ориген, Тертуллиан) делается акцент на характерной для Евангелия этике ненасилия. В трактате «Об идолопоклонстве» Тертуллиан подчеркивает запрет на участие в войне как непозволительном деле для христиан: «хоть к Иоанну и приходили солдаты, и приняли они некую форму благочестия, а центурион так даже уверовал, но всю последующую воинскую службу Господь упразднил, разоружив Петра» [Тертуллиан, 1994, c. 266; имеются в виду Лк. 3:14 и Ин. 18:11.]. После того, как в IV в. христианство стало государственной религией в Римской империи, позиции Церкви относительно пацифизма и ненасилия были пересмотрены. Амвросий Медиоланский и Августин создали христианскую доктрину справедливой войны (bellum iustum), объяснявшей, когда и по каким причинам христиане могут обращаться к военной силе и каким образом следует ее применять. Миланский епископ вводит идею войны, санкционированной Богом. Примером для него служит царь Давид, который «не начинал войны иначе, как по испрошении совета (II Цар. V:19 и сл.) от Господа» [Амвросий Медиоланский, Об обязанностях священнослужителей I. XXXVI. 177]. Именно такая война, которая ведется с божественного благословления и буквально руководимая им, приемлема для христиан. Насилие не осуждается, когда оно становится средством служения другим, способом обеспечения жизни политического сообщества, к которому принадлежат христиане [См.: Johnson, 2011, p. 16.]. На войне, однако, не все дозволено, «атлет Христов» получает венец «только в том случае, если он сражается законно» [Амвросий Медиоланский, Об обязанностях священнослужителей I. XXXVI. 181‒182]. Военная прагматика должна соотноситься с христианской моралью. Милосердие, кротость и умеренность не менее важны, чем храбрость.

    Августин сыграл наиболее важную роль в формировании христианского учения о войне. Он исходил из невозможности обретения вечного мира на земле, насилие неизменно будет спутником земной жизни, однако оно может использоваться для борьбы с грехами. Война может стать средством воздаяния за прегрешение. В этом можно увидеть сходство с представлением о войне в Древнем Риме. Принципиальное отличие заключается в том, что Августин и другие христианские авторы воспринимают справедливую войну как дело, непосредственно порученное им Богом – мысль, абсолютно чуждая римской правовой традиции. По мнению Августина, война санкционируется Богом и в первую очередь является отмщением за грехи. Важно не только восстановить справедливость (как в Античности), но и наказать и в дальнейшем исправить грешника. Война-наказание (bellum punitivum) на долгое время становится главенствующей парадигмой осмысления войны.

    Войну следует рассматривать как одну из духовных обязанностей правителей, а участники ее идут на жертвенное мученичество, причем не только ради себя, но и ради своего врага, через борьбу приводя его к спасению. Среди непосредственных справедливых причин войны (causa iusta) Августин выделяет наказание грешников, возвращение захваченной собственности и самооборону. Как и Цицерон, Августин называет войну крайним средством, к которому обращаются, когда все иные, мирные способы решения конфликта исчерпаны и не остается иного выбора, кроме как применить силу. Вслед за Амвросием Августин утверждает, что способ поведения на войне определяется милосердием: христианские воины должны избегать мстительной жестокости, необузданной и непримиримой враждебности, исступленной ненависти, жажды власти.

    В сочинениях Амвросия Медиоланского и Августина кристаллизуются основные принципы нравственного рассмотрения войны: справедливая война, которая начинается при условии соблюдения ряда моральных правил (впоследствии они получают название jus ad bellum – «право на войну») и ведется сообразно еще одному набору нравственных принципов (jus in bello – «право во время войны»). Принципы ad bellum определяют условия вступления в войну. Их применение должно быть четко регламентировано и в итоге минимизировать число случаев, когда война становится допустимым способом решения конфликтов. Принципы in bello определяют допустимые способы ведения войны, запрещая применение тех или иных средств и ограничивая круг лиц, на которых можно нападать. Они служат снижению степени ожесточенности войны и сокращению количества ее жертв.

    Фома Аквинский систематизировал и дополнил августинианское учение о войне. Оправдывая обоснованность войны, Фома вводит метафору врачебной операции по отсечению какого-либо органа – это действие является необходимым злом, способствующим оздоровлению всего организма [Фома Аквинский, Сумма теологии II–II. 64]. В равной степени и справедливая война оздоровляет общественный организм, выступая тем самым как средство обеспечения общего блага. К принципу правого дела (наличие веской причины войны) добавляется четко артикулированный принцип легитимной власти или «полномочности правителя» (auctoritas principis). По-настоящему оригинальным стало учение Аквината о добрых намерениях. Военное насилие оправдывается Фомой при условии, что оно служит наказанию грешников, борьбе с тиранией, самозащите и борьбе с еретиками и отступниками. Эти причины определяют и цели войны, более ничего не дозволено на войне, иначе «случается так, что война объявляется законной властью и по справедливой причине, но, тем не менее, является несправедливой в силу злого намерения» [Фома Аквинский, Сумма теологии II–II. 40]. Иными словами, запрещается отступать от изначальной благой цели ведения войны. Справедливый воин для Фомы – миротворец, и остается таким даже когда он начинает войну. Миротворчество в данном случае связано с очищением несправедливого противника от греха – поражение оказывается благом для грешника.

    Новым этапом развития христианской доктрины справедливой войны стала концепция, предложенная в лекциях и трактатах докторов саламанкской школы XVI в.: Фр. де Витории, Л. Молины, Фр. Суареса. Фр. де Витория отказывается от понятия войны как наказания, доказывая, что единственной обоснованной причиной войны может быть только серьезное ущемление права, то есть правонарушение или несправедливость (iniuria) [Vitoria, 1725, p. 232]. Это уже строго правовой подход к войне. Витория опирается на учение о праве народов (ius gentium), в силу чего его выводы приобретают универсальный характер. Среди действий, нарушающих право народов, Витория особо выделяет агрессивное нападение. Законным поводом войны называется также ограничение свобод передвижения, общения, коммерции, проповеди и распространения христианской веры, нарушение закона гостеприимства, обеспечение безопасности беззащитных перед лицом нечестивых обычаев (человеческие жертвы, каннибализм), помощь союзникам. В этом списке явно просматривается апология права европейцев на завоевания в Новом свете, однако идея справедливого приобретения земель здесь присутствует лишь опосредовано [Шмитт, 2008, с. 105]. Примечательна также идея частичной справедливости обеих сторон конфликта: в затяжных войнах зачастую сложно однозначно выявить правонарушителя и его жертву. Противники могут приводить убедительные доводы в пользу справедливости их участия в войне. Решение этой коллизии Витория находит в перемещении акцента с обсуждения оснований, по которым стороны ведут войну, на обсуждение того, как именно они борются. Витория готов признать войну справедливой, если она ведется при помощи сдержанного насилия и без обращения к запрещенным методам. В этом случае нормы jus ad bellum обладают меньшим значением, нежели принципы jus in bello. Витория допускает, однако, и обратную ситуацию. Если одна из сторон однозначно справедлива, то для нее почти не существует ограничений в средствах ведения войны (помимо желательной сдержанности и христианского смирения) [Vitoria, 1725, p. 251‒252].

    Труды Фр. де Витория, Л. Молины, Фр. Суареса во многом определили последующие трансформации доктрины справедливой войны. С опорой на их работы Гуго Гроций совершает своеобразную революцию, секуляризируя учение о войне.

  • Литература:

  • Johnson J.T. Ethics and the Use of Force: Just War in Historical Perspective. Surrey, 2011.
  • Vitoria F. De iure belli // Vitoria F. Relectiones theologicae. Matriti, 1725.
  • Амвросий Медиоланский. Об обязанностях священнослужителей. М.; Рига, 1995.
  • Тертуллиан. Избранные сочинения. М., 1994.
  • Фома Аквинский. Сумма теологии. Ч. II. 2: Вопросы 47‒122. Киев, 2013.
  • Шмитт К. Номос земли в международном праве jus publicum Europaeum. СПб., 2008.