Э. Левинас и феноменология

share the uri
  • Э. Левинас и феноменология

    Э. Левинас и Э. Гуссерль. «Гуссерль дал философии метод», – писал Левинас в «Трудной свободе», в разделе, озаглавленном «Подпись», который представляет собой его краткую автобиографию [Левинас, 2004в, c. 574]. Осмысление Левинасом работ Гуссерля («Философия арифметики», «Логические исследования», «Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии», «Философия как строгая наука» и др.) шло почти одновременно с чтением труда Хайдеггера «Бытие и время». После «Теории интуиции в феноменологии Гуссерля» Левинас публикует в 1940 в журнале «Revue Philosophique» (No. 12) статью «Творчество Эдмунда Гуссерля», во второе издание книги «Открывая существование с Гуссерлем и Хайдеггером» (1967) включает «Новые комментарии» – собрание статей, написанных в конце 1950-х – первой половине 1960-х годов («Размышления о феноменологической технике», 1959; «Крах представления», 1959; «Интенциональность и метафизика», 1959; «Интенциональность и ощущение», 1965). Оценка Гуссерля дается в труде Левинаса «Этика и бесконечность. Диалоги с Филиппом Немо» (1982). Стремясь «максимально объективно» представить главные идеи философии Гуссерля во Франции [Левинас, 2004, с. 166], Левинас вместе с тем хотел выделить в феноменологии главные для себя проблемы, порой отступая от гуссерлевской доктрины. На одной конференции в 1983 году он сказал: «Я всегда начинаю мыслить почти вместе с Гуссерлем или “внутри” Гуссерля, но то, что я говорю в итоге, это уже вне Гуссерля» [Levinas, 1996, p. 39–40].

    Феноменология в трактовке Левинаса: метод, редукция, интенциональность. Феноменологический метод для Левинаса – это не «прием», но сама сердцевина философии. Смысл феноменологической редукции он видит в разрушении естественной установки сознания, согласно которой судьба человека состоит в том, чтобы быть в мире, среди объектов, людей и дел, какие предстоит выполнять; отстранившись от нее, следует «начать собственно философское размышление, которое сможет отыскать смысл самой “естественной позиции”, то есть мира; оставаясь в мире, мы не можем вынести заключения о нем» [Левинас, 2000а, c. 24].

    Источником всех понятий в феноменологии для Левинаса являются факты сознания, которые не ведут к тому или иному объясняющему их принципу: в феноменологии нет абсолютной истины, возвышающейся над фактами сознания, как это имеет место в схоластических и картезианских доказательствах. Вернуть понятия, какими бы очевидными они ни были для фиксирующего их познания, в перспективу их видения субъектом – такова основная задача феноменологии [Левинас, 2004б, c. 167]. Редукция понимается Гуссерлем как внутренняя революция, как способ существования сознания в соответствии с собственным призванием, обретения свободы по отношению к миру. Вместе с тем сознание направлено на что-то и стремится к чему-то. Внешнее этого «что-то» определено внутренним смыслом, и такая диалектика внутреннего и внешнего определяет само понятие сознания. Феноменология стремится не к объяснению факта, но к разъяснению смысла, который является философским способом познания [Левинас, 2004б, с. 173].

    Интерпретируя гуссерлевскую идею интенциональности, Левинас ставит задачей освободить её от «конкретного залога» объекта, предмета, вещи. Интенциональность как «нацеленность на...» совершается с участием чувств и воли субъекта, его «души». Определяя сознание как интенциональность, Гуссерль выделил в нем спонтанную активность «Я», где «Я» выступает центром излучения, первоисточником. Речь идет о том, чтобы поместить объект в совокупность духовной жизни, во все её горизонты и выразить мир в понятиях субъективного опыта. У Гуссерля интенциональность – это «события жизни», что приближает понятие сознания к понятию жизни и побуждает рассматривать сознание во всем богатстве нашего конкретного существования [Левинас, 2004а, с. 13]. При этом «ценностная характеристика не приписывается сущим вслед за модификациями знания, она берет начало в специфической позиции сознания, в не-теоретической интенциональности, несводимой к познанию…» [Левинас, 2000в, с. 179]. В отличие от Хайдеггера, Левинас позитивно оценивает введение чистого «Я» у Гуссерля: «Я» как «трансцендентность в имманентности» не является частью акта мышления. Сознание трансцендирует себя, обращается на нечто, что не есть оно само. Пружину интенциональной жизни Левинас будет искать в обращенности человека к другой субъективности, наделенной не только теоретическим сознанием, но и полнотой духовной жизни. «Сознание о...», выражающее сущность гуссерлевской интенциональности, Левинас заменит на «жить чем-то» в глубоко духовном понимании этих слов.

    Левинас развенчивает идею Сартра об интенциональности, «взрывающейся навстречу миру» и тем самым изначально подчиненной миру. Для него главное в интенциональности – это возможность вырваться за пределы бытия («иначе, чем быть»). Говоря об «общем значении феноменологии» [Левинас, 2000в, с. 177–179], он подчеркивает, что феноменология открыла перед человеком возможность овладеть собой, задаться вопросом: «откуда мы?». Речь идет о радикальной рефлексии, сосредоточенности на собственном «Я». Философии отныне надлежит отвечать не на вопрос: что есть?, а на вопрос: каким образом есть то, что есть?, что означает это «есть»?

    В «Новых комментариях» [Левинас, 2004б, c. 261–291] Левинас нередко доводит гуссерлевскую мысль до тех выводов, которые сам хотел бы видеть в ней. Как отмечает Ф.-Д. Себба, «…Левинас учит нас тому, что этика – это прерывание хода феноменологии, но она учит феноменологии, а не расставанию с ней» [Sebbah, 2003, c. 132].

  • Sources

  • De la phénoménologie à l’éthique. Entretien avec Levinas // Esprit. 1997. No. 234. P. 121–140.
  • Levinas E. Autrement qu’être ou au-déla de l’essence. La Haye, 1974.
  • Levinas E. Transcendance et intelligibilité. Genève, 1996.
  • Левинас Э. Трудная свобода // Левинас Э. Избранное: Трудная свобода. М., 2004в. С. . 319–590.
  • Левинас Э. Заметки о смысле // (Пост)феноменология. Новая феноменология во Франции и за её пределами / Cост. С. Шолохова, А. Ямпольская. М., 2014. С. 18–38.
  • Левинас Э. От существования к существующему // Левинас Э. Избранное: Тотальность и бесконечное. М.; СПб., 2000а С. 7–65.
  • Левинас Э. Открывая существование с Гуссерлем и Хайдеггером // Левинас Э. Избранное: Трудная свобода. М., 2004б. С. 162–318.
  • Левинас Э. Теория интуиции в феноменологии Гуссерля // Левинас Э. Избранное: Трудная свобода. М., 2004а. С. 7–161.
  • Левинас Э. Тотальность и бесконечное // Левинас Э. Избранное: Тотальность и бесконечное. М.; СПб., 2000б. С. 66–291.
  • Левинас Э. Этика бесконечного // Керни Р. Диалоги о Европе. М., 2002. С. 191–212.
  • Левинас Э. Этика и бесконечность. Диалоги с Филиппом Немо // История философии. 2000в. № 5. С. 172–183.
  • Bibliography

  • Benoist J. Vingt ans de phénoménologie franςaise // Descamps Ch., Benoist J., Alliez É. Philosophie contemporaine en France. Paris, 1994. Р. 29–49.
  • Sebbah F.-D. Levinas. Paris, 2003.
  • Деррида Ж. Насилие и метафизика. Эссе о мысли Эмманюэля Левинаса // Левинас Э. Избранное: Тотальность и бесконечное. М.; СПб., 2000. С. 367–403.
  • Крюков А.Н. Ранний Левинас и феноменологическая традиция // Эмманюэль Левинас: Путь к Другому / Редкол.: Н.В. Голик и др. СПб., 2006. С. 138–146.
  • Ямпольская А. Феноменология в Германии и во Франции: проблемы метода. М., 2013.