Соотношение сознания и тела

share the uri
  • Соотношение сознания и тела

    1. Наиболее радикальное решение проблемы соотношения феноменального сознания и телесных явлений состоит в отрицании самого существования феноменального сознания. Это отрицание исходит либо из того, что все слова, отсылающие к модификациям феноменального сознания, на деле пусты или отсылают к каким-то физическим явлениям, либо из того, что, несмотря на реальность феноменов сознания, фактически они тождественны каким-то физическим процессам в мозге и поэтому лишены самостоятельного существования. Первый подход, представленный прежде всего Д. Деннетом, получил название элиминативизма (англ. elimination – удаление, устранение), второй подход – теории тождества. Элиминативисты и теоретики тождества убеждены, что их подходы позволяют акцентировать единство мира, в котором мы живем, и поэтому соответствуют логике развития научного знания. Элиминативисты относят представления о феноменальном сознании к так называемой «народной психологии», понятия которой сравниваются ими с дискредитированными понятиями прежней физики (такими как флогистон) или с персонажами мифов и сказок. Они ссылаются также на многочисленные эксперименты современных психологов, показывающие, какое количество иллюзий связано с нашими представлениями о собственном внутреннем мире. Теоретики тождества приводят примеры, показывающие, что различия в словоупотреблении не являются свидетельством отсутствия тождества (например, как Утренняя звезда, так и Вечерняя звезда обозначают одну и ту же планету – Венеру, и то же самое имеет место в случае с феноменальным сознанием и нейронными процессами в мозге).

    2. Как элиминативизм, так и теория тождества были подвергнуты обстоятельной критике. Ошибочность заключения элиминативистов от иллюзорности наших представлений о собственном сознании к иллюзорности, а затем к несуществованию самого сознания мотивировалась критиками тем, что наши иллюзии о сознании являются реальными модусами сознания и тем самым, скорее, подтверждают его существование. Критики теории тождества рассматривают возможность отчетливо представить так называемых философских зомби – существ, физически неотличимых от людей, но лишенных феноменального сознания – как свидетельство того, что между физическими процессами в мозге и феноменальным сознанием нет реального тождества: в противном случае они не могли бы быть оторваны друг от друга. Помимо этого, верификация тезиса о тождестве феноменального сознания и процессов в мозге представляется невозможной в отличие, например, от верификации тезиса о корреляции каких-то состояний сознания и состояний мозга.

    Другим влиятельным возражением против теории тождества был аргумент, связанный с идеей множественной реализации свойств, поскольку феноменальные свойства – такие, как переживание боли или радости – могут быть реализованы не только человеческим организмом, но и другими живыми существами с другой физиологией. Но если типологически одинаковые состояния сознания могут быть реализованы разными физическими процессами, то попытка характеризовать такие состояния через отсылку к этим процессам будет игнорировать их сущностное единство. Выразить же это единство сможет формулировка, в которой будут зафиксированы общие внешние характеристики тех материальных систем, в которых реализован тот или иной тип состояний сознания. Было установлено, что лучше всего эти характеристики выражаются на языке функций, выполняемых соответствующими состояниями. Дело в том, что феноменальные состояния могут рассматриваться как посредники между внешними воздействиями на организм и поведением, причем каждое из них задает специфический паттерн такого опосредования. Функционалистский взгляд на сознание хорошо сочетается с компьютерной метафорой сознания, и он обрел большую популярность во второй половине XX века. Сам по себе функционализм, однако, не является однозначной онтологической позицией, и он совместим как с редукцией состояний сознания к функциональным паттернам физических систем, так и с допущением нередуцируемости каких-то аспектов феноменального сознания. Исторически функционалистская установка была близка физикалистским концепциям таких теоретиков тождества, как Д.М. Армстронг и Д. Льюис, и таких представителей элиминативизма, как Д. Деннет.

    3. Самой известной критикой функционалистского подхода к пониманию сознания является аргумент «китайской комнаты» Дж. Серла. Функционалисты утверждают, что феноменальное сознание либо тождественно некоему набору реализованных в мозге функциональных схем – в идеале допускающих выражение на вычислительном языке и являющихся своего рода программами – либо гарантированно возникает при их реализации. Серл, однако, доказывал, что реализация материальной системой программ, позволяющих этой системе демонстрировать вербальное (или вообще любое) поведение, неотличимое от поведения обычных людей (то есть проходить различные версии теста Тьюринга), не гарантирует наличия у нее специфических форм феноменального сознания. В ходе этого доказательства он предлагал вообразить, будто он сам стал такой системой, компьютером, на который инсталлирована программа, позволяющая вести осмысленную речь на китайском языке, неизвестном Серлу. Программы трактуются Серлом как наборы правил синтаксических – то есть исключительно формальных – операций с символами. Знание им программы преобразования информации на входе, выраженной китайскими иероглифами, в информацию на выходе, также выраженной китайскими иероглифами, то есть знание им программы, позволяющей давать такие китайские ответы на китайские вопросы, которые для сторонних наблюдателей (находящихся вне комнаты с Серлом, производящим манипуляции с иероглифами) будут неотличимы от ответов обычных носителей китайского языка, не позволит ему самому понять семантическую сторону этой речевой коммуникации. Иначе говоря, он по-прежнему не будет понимать по-китайски в человеческом аспекте понимания, подразумевающем наличие феноменальных переживаний смыслов. Таких переживаний у него не будет. Подобных феноменальных состояний лишены и настоящие компьютеры, что означает, что реализация функций, позволяющих материальной системе демонстрировать человеческое поведение, не гарантирует наличия у нее феноменального сознания. Из этого, в свою очередь, следует ложность функционализма.

    Серл считал, что логика его мысленного эксперимента подталкивает к выводу, что существование феноменального сознания связано не с реализацией организмами тех или иных программ или функций, а с биохимическим устройством наших организмов. Иначе говоря, мы обладаем феноменальным сознанием потому, что наш мозг состоит из белковых тел, нейронов, а не из кремниевых чипов. Он назвал эту концепцию биологическим натурализмом. Утверждая, что сознание является продуктом мозга, онтологически не редуцируемым к его нейронной активности и обладающим особыми субъективными характеристиками, Серл вместе с тем отрицал, что эта, порожденная мозгом, феноменальная реальность обладает самостоятельным существованием: феноменальное сознание реализовано в мозге как его высокоуровневое свойство.

    4. Некоторые философы полагают, что носителем феноменального сознания является не мозг, а отличная от него субстанция, душа. Р. Суинберн считает допущение души необходимым условием разрешения ряда парадоксов, связанных с тождеством личности во времени. Если бы у нас не было души, мы не смогли бы объяснить, почему при рассечении мозга на два полушария и помещения этих половинок в разные тела, мы оказывались бы в одном, а не в другом из них. Оппоненты Суинберна указывают на избыточность его онтологии субстанциального дуализма и на возможность иных объяснений его мысленного эксперимента.

    Другие решения проводятся в русле так называемого дуализма свойств. Так, Д. Чалмерс полагает, что феноменальное сознание должно быть признано фундаментальной характеристикой реальности, подобной массе или заряду. Эта реальность должна соотноситься с физической реальностью по определенным законам, которые могут иметь высокоуровневый и низкоуровневый характер. К высокоуровневым законам относятся обсуждаемые Чалмерсом принципы структурной когерентности и организационной инвариантности. Принцип когерентности указывает на изоморфизм физически реализованных функциональных схем и структурных компонентов феноменального поля, а принцип организационной инвариантности гласит, что одинаковость функций материальных систем гарантирует одинаковость их сознаний. Фундаментальные законы, связывающие феноменальное сознание и физическую реальность, по мнению Чалмерса, скорее всего, выражались бы на языке информации в качестве различий, производящих различия. Он размышляет о возможности допущения внутреннего и внешнего аспектов информации, первый из которых может быть соотнесен с феноменальной или протофеноменальной реальностью, а второй – с физической (сходные идеи еще в 1970 – 1980 гг. развивал российский философ Д.И. Дубровский). Поскольку внутренний аспект физической реальности известен нам только в виде феноменального сознания, то феноменальное при такой трактовке оказывается пронизывающим весь универсум в духе идей панпсихизма, развиваемых также Г. Розенбергом, Г. Стросоном, Ф. Гофом и другими. Их концепции сталкиваются с внутренними трудностями при объяснении перехода от глубинного феноменального или протофеноменального уровня к уровню развитой феноменальной жизни человеческих Я.

    Ряд философов, прежде всего К. Макгинн, утверждают принципиальную непознаваемость природы сознания, отсутствие у человека когнитивных ресурсов для ее решения (подобно тому, как у собак нет ресурсов для решения простых математических уравнений). Согласно Д. Столджару, вывод о нередуцируемости феноменального сознания к физическим процессам может объясняться незнанием нами каких-то физических фактов об этих процессах, и обретение знания о них встроило бы сознание в физическую реальность в нашей картине мира.

    5. Сторонники нередуцируемости сознания к физическим процессам в мозге сталкиваются с проблемой ментальной каузальности, предполагающей объяснение влияния феноменального сознания на физические процессы в мозге и опосредованно на поведение индивидов. Допущение влияния нередуцируемого феноменального сознания на физические процессы нарушает принцип каузальной замкнутости физического, который лежит в основе экспериментального естествознания и согласно которому физические процессы могут иметь только физические причины. На этот принцип опираются сторонники эпифеноменализма – доктрины, согласно которой феноменальное сознание, будучи продуктом физической реальности, не оказывает влияния на протекающие в ней процессы. Критики эпифеноменализма, демонстрируя влияние феноменального сознания на поведение, приводят в качестве примера поднятие руки в результате нашего желания поднять ее. Однако эти факты показывают лишь корреляцию желания и движения руки, а не их причинную связь.

    Альтернатива эпифеноменализму не обязательно содержит отрицание принципа каузальной замкнутости физического. Можно показать, что феноменальное сознание наделено каузальной значимостью потому, что оно составляет условие протекания физических процессов. Этот тезис может отстаиваться в контексте панпсихизма или в контексте локального интеракционизма, утверждающего, что при локальном рассмотрении наделенных сознанием организмов кажется, что феноменальное сознание прямо влияет на поведение, но при глобальном взгляде на физическую реальность обнаруживается, что у поведения таких организмов все же имеются нелокальные физические причины, условием действенности которых в таком случае как раз и можно признать феноменальные состояния соответствующих индивидов.

    Подобные решения решают и «трудную проблему сознания», объясняя факт его существования.

  • Bibliography

  • Васильев В.В. Сознание и вещи. М., 2014.
  • Волков Д.Б. Бостонский зомби: Д. Деннет и его теория сознания. М., 2012.
  • Глаз разума / Сост. Д. Хофштадтер, Д. Деннет. Самара, 2003.
  • Деннет Д. Сладкие грезы: Чем философия мешает науке о сознании. М., 2000.
  • Дубровский Д.И. Проблема сознания: теория и критика альтернативных концепций. М., 2019.
  • Дубровский Д.И. Психические явления и мозг. М., 1971.
  • Иванов Д.В. Природа феноменального сознания. М., 2012.
  • Патнэм Х. Философия сознания. М., 1998.
  • Прист С. Теории сознания. М., 2000.
  • Серл Дж. Открывая сознание заново. М., 2001.
  • Чалмерс Д. Сознающий ум: В поисках фундаментальной теории. М., 2013.