Интроспекция и проблема другого сознания

share the uri
  • Интроспекция и проблема другого сознания

    Познание субъективной реальности имеет два принципиально разных плана: 1) познание собственной субъективной реальности и 2) познание субъективной реальности другого человека (проблема «другого сознания», «другого Я»). Многие представители аналитической философии при обсуждении этой проблемы опираются на «аргумент от аналогии», согласно которому знание о сознании (субъективной реальности) другого обусловлено знанием о собственном сознании. Мои субъективные состояния даны мне непосредственно, а другого – лишь посредством их внешних проявлений. Зная типичные корреляции между состояниями своей субъективной реальности и их внешними проявлениями у себя (реакциями, поведением, речевыми актами и пр.) и наблюдая подобные внешние проявления у другого, я могу судить о состояниях его субъективной реальности.

    Аргумент этот, допускающий разные интерпретации, был подвергнут резкой критике (со стороны Стросона, Шумейкера, других представителей аналитической философии) в силу того, что для многих субъективных состояний связь между ними и их внешними проявлениями многозначна; в то же время в большинстве случаев мы описываем свои состояния субъективной реальности для себя таким образом, что при этом вообще отсутствуют ссылки на бихевиоральные проявления, к тому же оценка собственных ментальных состояний бывает ошибочной. Однако несмотря на все это, многие философы обращались к «аргументу от аналогии» (за неимением другого), к нему прибегал его критик Рассел [Russell, 1991]. Гуссерль, конструируя трансцендентальное Эго, как известно, использовал аналоговую проекцию смысла собственного сознания на телесность другого.

    Возникает вопрос об основах знания о собственном сознании и о роли интроспекции в процессе познания, связанные с этим эпистемологические трудности, насущная потребность в их преодолении [Дубровский, 2008].

    Интроспекция представляет собой необходимый аспект самопознания, это – знание от первого лица, которое дано в качестве субъективной реальности и обычно характеризуется следующими свойствами: 1) оно является «непосредственно данным», т.е. осуществляется путем прямого, «привилегированного» доступа (например, знание об испытываемой мной боли в правой руке дано мне сразу, непосредственно, в том интервале, в каком я переживаю это состояние; другим же такое знание может быть доступно только опосредствованно); 2) оно является «некорректируемым», его конкретное «содержание» не может быть кем-то «исправлено» или опровергнуто, ибо оно принадлежит исключительно мне; другие же не обладают никакими действенными средствами для его подтверждения или опровержения. Эти свойства, как и процесс интроспекции в целом, подлежат специальному анализу и требуют дополнительной интерпретации (обсуждение проблем интроспекции подробно представлено в ряде коллективных и обзорных работ [Introspection and Consciousness, 2012; Schwitzgebel, 2016]).

    С критикой интроспекции выступали сторонники бихевиоризма и редукционизма. Представители логического позитивизма (К. Гемпель, М. Шлик, Р. Карнап и др.) считали, что ментальные явления должны быть сведены без остатка к физическим процессам. По словам Гемпеля, «психология является составной частью физики» [Hempel, 1949, p. 378]. Постпозитивистское движение, реабилитировавшее онтологическую проблематику, в большинстве случаев сохранило, однако, установки радикального физикализма и редукционизма. Уже на первом этапе это направление под именем «научного материализма» и «научного реализма» подвергло резкой критике эпистемологическое значение высказываний от первого лица и разрабатывало различные способы концептуального отождествления ментального и физического, а также сведения «личного», интроспективного к «публичному», интерсубъективному (У. Плэйс, Дж. Смарт, Д. Армстронг, Г. Фейгл, У. Селларс, П. Фейерабенд, Р.Рорти и др.). Подробное рассмотрение различных версий «научного материализма» и их критический анализ содержится в работе [Дубровский, 1980, с.13‒95].

    У. Селларс, отвергая «миф непосредственно данного» как несовместимый с принципами «научного реализма», игнорирует, разрывает органическую связь непосредственного и опосредствованного знания [Sellars, 1963]. А Фейерабенд утверждает, что если бы «непосредственно данное» действительно существовало и играло бы важную роль в процессе познания, то это означало бы конец рационального знания и превратило бы нашу речь в «кошачью серенаду». Ментальные термины должны быть устранены из языка науки [Feyerabend, 1969, p. 93].

    Начиная c 1950-х гг. в рамках аналитической философии наряду с физикалистским редукционизмом широкое распространение получило сведение ментального (субъективной реальности) к функциональным отношениям. В работе Г. Райла [Ryle, 1949] ментальные явления описываются и объясняются в категориях поведения, в которые включаются при этом не только актуальные действия, но и диспозиции, т.е. «возможности, тенденции и склонности к какому-либо действию». Такой подход связан с позицией логического бихевиоризма, представителями которого выступали поздний Л. Витгенштейн, Гудмэн, в значительной степени также Куайн.

    Ярким примером функционалистского редукционизма и его парадоксальных заключений может служить позиция Д. Деннета, который объявляет интроспективные данные, квалиа, все явления субъективной реальности, в том числе и само Я (Самость) не более чем «кажимостями»: нет никакого «непосредственно данного», «привилегированного доступа», все это «иллюзии картезианского театра». Нет никакого различия между переживаемым в опыте субъективным феноменом и лингвистически оформленной мыслью об этом феномене. «В норме достаточным условием для того, чтобы иметь опыт, является последующий вербальный отчет» [Dennett, 1991, р. 140]. Таким способом «кажимость» феноменов нашего субъективного мира сводится к словесным отчетам, что и считается научным объяснением субъективного опыта и сознания. Однако свое личное Я Деннет не считает иллюзией, оно предстает у него способным судить о всех остальных Я и считать их иллюзорными (противоречия в концепции Деннета подробно рассмотрены в статье [Дубровский, 2003а].

    Примечательна концепция Дж. Сёрла, который признает субъективную реальность, отстаивает несводимость сознания к физическим процессам и вместе с тем отвергает эпистемологическое значение интроспекции. Согласно Сёрлу, «не вся реальность объективна, некоторая ее часть субъективна» [Сёрл, 2002, с. 39], ментальные состояния всегда принадлежат лишь «первому лицу», данному «Я», а отсюда вытекает «признание первичности точки зрения от первого лица», невозможность «переопределить» онтологию субъективного в «терминах третьего лица» [Там же, с. 40‒41]. В то же время Сёрл считает ошибочным представление о «привилегированном доступе», ибо оно наводит на мысль, что «сознание подобно изолированной комнате, войти в которую позволено только нам» [Там же, с. 105]. Несостоятельность подобного представления Сёрл обосновывает тем, что часто мы способны заблуждаться относительно собственных субъективных переживаний. Однако наличие таких заблуждений никак не может поставить под сомнение само существование непосредственного самоотображения субъективной реальности в системе нашего Я (соответственно, и «привилегированного доступа»), что предполагает также и существование опосредованного самоотображения, относящегося к различным уровням интерпретации и оценки «содержания» собственных субъективных состояний, в том числе и неадекватных. «Корректировка» наличного переживания субъективной реальности совершается постоянно – одновременно и последовательно, – но как бы в другом «измерении»; она выступает в разных оперативных формах («принятии», «непринятии», «сомнении»; интуитивной и рассудочной оценки, интерпретации в связи с прошлым опытом и т.д.). (Подробный критический анализ концепции Дж. Сёрла [Дубровский, 2003б]).

    Среди представителей аналитической философии и когнитивных наук получила широкое распространение так называемая «Теория теории» (ТТ), утверждающая, что знание о собственных ментальных состояниях достигается теми же средствами, что и знание о ментальных состояниях другого. Теория, объясняющая познание ментальных состояний других людей, прилагается к познанию собственных ментальных состояний и тем самым является их теорией (т.е. теорией теории). Активные сторонники ТТ (А. Гопник, А. Мельцофф, Х. Веллман и др.) объявляют иллюзией феномены «непосредственно данного» и «привилегированного доступа», сводя ментальное лишь к его когнитивному содержанию [Gopnik and Wellman, 1994].

    Антиредукционистские тенденции, усилившиеся в аналитической философии и когнитивной науке в XXI в., проявились в жесткой критике ТТ и связаны с доказательством зависимости теоретических построений о познании другого сознания от понимания специфических процессов самоосознания. Ш. Николс и Ст. Стич в своем исследовании опираются на обширный эмпирический материал из области психологии и психопатологии, свидетельствующий о несостоятельности ТТ [Nichols and Stich, 2003]. Они показывают, что отображение («чтение») ментальных состояний другого невозможно без адекватного отображения собственных ментальных состояний и что между последним и первым нет необходимой связи. ТТ не объясняет нашей способности самоосознания, связанной со специальным когнитивным механизмом самоотображения («механизмом мониторинга»), который предзадан психике («mind»), т.е. носит фундаментальный характер, действует во всяком ментальном акте и не имеет необходимой связи со словесным отчетом.

  • Bibliography

  • Dennett D. Consciousness Explained. Boston, 1991.
  • Feyerabend P.K. Materialism and The Mind-Body Problem // Modern Materialism: Readings оn Mind-Body Identity. New York; Chicago, 1969.
  • Gopnik А., Wellman Н. The Theory Theory // Mapping the Mind / Ed by S. Gelman and L. Hirschfeld. Cambridge, 1994.
  • Hempel K.G. The logical analysis of psychology // Readings in philosophical analysis. New York, 1949.
  • Introspection and Consciousness / Ed. by D. Smithies and D. Stoljar. Oxford, 2012.
  • Nagel T. What is it like to Be a Bat? // The Nature of Consciousness / Ed. By N. Block, O. Flanagan. Cambridge, 1997.
  • Nichols Sh., Stich St. How to read your own mind: A cognitive theory of self-consciousness // Consciousness: New philosophical perspectives / Ed. by Q. Smith and A. Jokic. Oxford, 2003.
  • Russell B. Analogy // The Nature of Mind / Ed. by D.M. Rosenthal. New York; Oxford, 1991. P. 89‒91.
  • Ryle G. The Concept of Mind. London; New York, 1949.
  • Schwitzgebel E. Introspection // The Stanford Encyclopedia of Philosophy (Winter 2019 Edition) / Ed. by Ed. N. Zalta. URL: https://plato.stanford.edu/archives/win2019/entries/introspection/.
  • Sellars W. Science, Perception and Reality. London, 1963.
  • Дубровский Д.И. В «Театре» Дэниэла Деннета: Об одной популярной концепции сознания // Философия сознания. История и современность. М., 2003б.
  • Дубровский Д.И. Информация, сознание, мозг. М., 1980.
  • Дубровский Д.И. Новое открытие сознания? (По поводу книги Джона Серла «Открывая сознание заново») // Вопросы философии. 2003а. № 7. С. 92‒111.
  • Дубровский Д.И. Проблема «Другого сознания» // Вопросы философии. 2008. № 1.
  • Серл Дж. Открывая сознание заново. М., 2002.